Добро пожаловать, Гость
Логин: Пароль: Запомнить меня

ТЕМА: Статьи , рассказы для души

Статьи , рассказы для души 1 год 11 мес. назад #30284

  • Мама Юлечки
  • Мама   Юлечки  аватар
  • Не в сети
  • Платиновый
  • Сообщений: 873
  • Спасибо получено: 3773
Осень

Да, ее так звали. Она была очень красивой. Но только очень короткий промежуток времени. Яркой, с золотом расшитыми юбками, с шорохом осыпающихся листьев с подьюбников, с тайной вечернего звездопада.

Она была прекрасна. Но она знала, что у нее очень мало времени. Надо многое успеть.

Она торопилась. Бежала по аллеям города и рассыпала, рассыпала золотые листья. Со своего платья. И просила звезды: «Пожалуйста, падайте, пусть как можно больше людей успеют загадать свои желания». А потом она договорится. Она знает, как просить за людей. И знает, у кого просить.

Осень торопилась одарить всех счастьем.Осень знает, как сделать мир ярким. Жаль, что у нее так мало времени.

Осень потому и торопится. Синоптики опять обещали похолодание. Земля устала бороться с людьми и их техническим прогрессом. Проще просто её уничтожить. И людей в том числе. Они не берегут и не видят красоту. Не понимают, почему природа так резко изменилась в худшую сторону.

Ах, люди, люди! Тоже ведь часть природы!Однако, они не желают видеть красоту окружающего мира, они хотят, они жаждут лишь одного: денег и развлечений.

Человек, Выгляни в окно! Удивись! Обрадуйся! Крыши рыжие от опавших листьев! Небо голубое от утренней дымки!
Мир бесконечен в осенних лужах.А листья, как желтые кораблики, зовут туда, где живут мечты.

Осень знала, что у нее короткий срок, потому и спешила.

У нее такое красивое платье! Но с каждым шагом оно становится все более серым и непривлекательным.Ну и что!

Она специально трясла подолом, чтобы нахохлившиеся люди на остановке удивились и обрадовались: «Надо же, танец из осенних листьев! А вроде и ветра нет!»

Осень бежала. Её сопровождали падающие звезды. Осень знала, что срок ее очень короткий, потому и торопилась.

Молодой маме в коляску она бросила красный кружевной лист на память о том, что у нее родился чудный малыш именно этой осенью. Пенсионеру на лавочке положила рядом рябиновую гроздь, чтобы жизнь была ярче. Для малышей из детского сада, что переходили улицу, устроила маленький танцующий листопад, чтобы верили, сказки никуда не исчезают, просто взрослые перестают их слышать.

Было весело, красиво, ярко..

Осень теряла листву, осень кружилась в танце, осень старалась успеть, доказать, что мир прекрасен.

Я просто сидела на лавочке.Мне казалось, что жизнь не удалась. Мир придавил меня своими проблемами.И вдруг!
Ш…Ш…Ш… И надо мной закружились листья. Желтые, оранжевые, красные, пурпурные.
Они танцевали, кружились, они падали мне на плечи. Они пытались погладить меня. И, как мне показалось, успокоить.

Я оглянулась по сторонам. Вдалеке я увидела девушку. .Она уходила, и редкие-редкие желтые листья спешили за ней.

Я поняла, что это Осень. Она отдала мне свою красоту. Чтобы я была счастливой и верила, что в жизни бывает все. Просто не надо бояться быть разной. Несмотря ни на что.Тем более ни на кого.

Счастье – это тот мир, в который мы сами его раскрашиваем.Пусть будет хоть один миг, короткий, но очень яркий, ради него тоже стоит жить.

Она уходила.Уходила Осень.Подарившая мне последнюю красоту.Самые яркие листья со своей осенней юбки.

И я была счастлива.

Я собрала охапку желто-красных листьев, чтобы отнести их домой и поставить в любимую бабушкину вазу. Как напоминание о том, что мир прекрасен. Несмотря ни на что и ни на кого.

Спасибо, Осень!Я поняла твой урок. Мой букет будет всегда стоять на рабочем столе. И серости буден через него не пробиться..


Администратор запретил публиковать записи гостям.
Спасибо сказали: Светлана Харлашина, Гуськова Галина, Светлана Васильевна, Елена Глазкова, Марина Давыдова у этого пользователя есть и 3 других благодарностей

Статьи , рассказы для души 4 мес. 3 нед. назад #31159

ЗАБЕРИ МЕНЯ НА ПАСХУ, СЫНОК...
— Вась, возьми меня на Пасху домой, возьми меня, сынок. Я прислонюсь где-то в уголке, в рот платок, чтобы не кашлять, и пробуду несколько дней в родном доме, где и стены лечат. Я здесь не выдержу.
— Вы, отец, как ребенок. Тепло вам, чисто, есть имеете, еще что-то из дома привезу, лекарства куплю.
— Я не хочу есть, Вася, я уже год не был дома, — старый Петр пытается заглянуть сыну в глаза. — Я сам остался в палате, всех забрали домой.
— Ну хорошо, хорошо, до праздников еще четыре дня... Заберу.

Василий отвернулся к окну, а обрадован Петр начал ходить по палате, рассказывая сыну, что ему уже намного лучше. Оставшись наедине, посмотрел в окно. Весна ... плакучие ивы, которые кто-то посадил на больничном дворе, распустились и зазеленели. Везде так тихо.

— Все-таки не всех забирают родные на праздники, остаются тяжелобольные и те, у кого никого нет. Одиночество снова начало окутывать Петра и неистово сжимать в груди. — Как выдержать еще четыре дня? Когда приеду домой, сразу пойду на кладбище к Марии. Мария, сердце мое разрывается при мысли, что тебя нет. Легкие облака плывут и плывут синим небом, то скапливаются, то бледнеют, и внезапно теряются в бесконечности. Белые покрывала на больничных койках, запах лекарств и тишина, неистово угнетает, обескровливают душу, рвущегося на родной двор, где появился первоцвет.
— Боже, Боже, верни меня домой, шумит сосна у калитки и от печали обо мне седеете марьина могила, верни меня на день—два, а потом делай со мной, что хочешь, — шепчет Петр, задыхаясь от кашля.

— Верочка, я привезу папу на праздники домой, — Василий умоляюще заглянул в глаза жены, попытавшись обнять ее за плечи. Вера нервно повела плечом и высвободилась из объятий. — Ты знаешь, что твой папа болен туберкулезом и может заразить всю семью.

— Но врач сказал, что он давно не выделяет туберкулезных палочек. Поэтому не представляет опасности для людей, которые его окружают.

— Ты веришь врачам? Я вообще уже никому и ничему не верю. Эти медики теперь ничего не понимают. Разве врач болеет за нас? Больше больных — больше денег. Ты хочешь нас обречь на вечную болезнь и гибель?

Вера замолчала и до вечера не обмолвилась с Василием не словом, а ночью долго плакала, жалобно говоря, что Василий ее не любит. Он прижимал жену к груди, целовал мокрое от слез лицо, просил прощения и еще раз повторял, что ничего с отцом не случится, если останется на праздники в больнице.

В субботу Петр не отходил от окна. С болью смотрел на солнце, передвигалось небом, и на листочки, завязывались в почках, на зеленые ростки травы, тянулись к свету, и на красивых молодых аистов, которые кружили высоко-высоко.

—До вечера еще далеко, ты приедешь, сынок, за мной, приедешь, Вася. Где-то в церкви Плащаницу убрали. Мария с пятницы на субботу всегда всю ночь сидела у Плащаницы.
— За что нас, Иисус, распяли? — сказал Петр громко. — За наши грехи наши, а не за Твои, ибо Ты был безгрешен. Безгрешен, а скончался в таких муках , чтобы нас, грешных, спасти. Какие нечеловеческие муки Ты терпел. Прости мне, что жалуюсь, и не оставляй меня самого, не оставляй меня. Я слышал, как врач говорил сыну, что позволяет взять меня на несколько дней домой, что я уже не заразен.
Солнце начало клониться к закату, посылая последние лучи на молодые кроны. Принесли ужин — молочную кашу, чай и кусочек хлеба.
— А вас почему домой не забрали? — пожилая женщина, которая принесла еду, сочувственно посмотрела на больного. Не ответил, потому что сожаление сжало спазмом горло. Когда она через некоторое время зашла забрать посуду, то увидела, что он к еде не притронулся. Тяжело вздохнув, понесла все на кухню. Петр на мгновение почувствовал присутствие в палате присутствие своей умершей жены Марии. Это ощущение было такое сильное, что он чуть не потерял сознание. В груди колотило отчаянно, мир как-то странно качнулся, а взгляд не мог покинуть плакучей ивы, так печально опустила она свои прекрасные цветущие ветви. Прижался горячей щекой к холодной подушке и так пролежал до утра, не закрыв глаз. Месяц заглядывал в большое окно, то прячась за облаками, то выныривая из-за них, бросал свой холодный отблеск на бледное, измученное болезнью лицо и на сухие блестящие глаза, в которых отразилась невыразимая тоска.

Рано утром на Пасху Василий с Верой и восьмилетним Романом пошли в церковь. После обедни хотел ехать в больницу, но приехала в гости - верина родня. К вечеру сидели все за богатым праздничным столом, поздравляя друг друга с Праздником, пели "Христос Воскресе!".

Василий почувствовал в груди такую неописуемую грусть, не выдержал и вышел на улицу. В церкви звонили в честь праздника, а грусть перерастал в страшную душевную боль, бередила сердце. Вспомнил, как когда-то, именно на Пасху, десятилетним мальчиком лежал после операции на аппендицит в реанимационном отделении. К нему никого из родных не впускали, но папа весь день простоял под окном. Он улыбался Васильке сквозь слезы, лепил из пластилина животных и показывал ему. Врач отгонял папу от окна, он отходил, снова возвращался и стоял до тех пор, пока Василек не заснул. Проснувшись на следующий день на рассвете, мальчик снова увидел отца, который заглядывал в окно. До сих пор не знает, где тогда ночевал отец...
Проводив гостей, Василий грустно сидел еще около часа, а потом лег спать. Но заснуть не мог. Вера прижималась к нему, целовала и горячо шептала, что любит его. Утром, готовя для отца сумку с едой, положила туда вкусную колбасу, дорогие конфеты и несколько лучших мандаринок. Василий чувствовал себя таким опустошенным, почти не слышал ее слов. В больнице был поражен тишиной, что наступила в коридорах. Не стал дожидаться лифта, побежал по лестнице на седьмой этаж.
Отцовская кровать была пуста, только пружины чернели, резко контрастируя с бельем застеленных коек. Едва переставляя тяжелые ноги, подошел Василий к дежурной медицинской сестре. Не дожидаясь вопроса, она тихо сказала, что никто такого не ожидал. Обширный инфаркт разорвал сердце отца именно на Пасху.
— Делали все возможное, но, к сожалению...
И замолчала........
Администратор запретил публиковать записи гостям.
Спасибо сказали: Светлана Харлашина, Гуськова Галина, Юсупова Валентина Анатольевна, мама Дениски Людмила, Елена Глазкова у этого пользователя есть и 5 других благодарностей

Статьи , рассказы для души 2 нед. 3 дн. назад #31297

"Мне еще рано смотреть на смерть!"



Это было года четыре назад, но я хорошо помню тот день.
Я гуляла по нашему подворью с коляской. А в храме шло отпевание.

Меня окликнули две женщины, которые сидели на лавочке. Я их никогда раньше здесь не видела. Одна — лет пятидесяти. Стильная, ухоженная дама, со всеми атрибутами достаточно обеспеченного человека. Вторая — молодая, тоже модная и очень симпатичная девушка. Её дочь.

Я подошла.

— Не подскажете, когда все это закончится? — Махнула старшая рукой в сторону храма. — Свечку нужно поставить.

— Вы и сейчас можете зайти, — ответила я. — Во время отпевания не запрещено. Только они справа, а вы лучше идите к подсвечникам, которые с левой стороны, чтобы не мешать. Там свободно.

— Нет! Мы не пойдём. Подождём.

— Вам долго придётся ждать. Отпевание недавно началось.

— Ничего. МНЕ ЕЩЁ РАНО на все это смотреть — смерть, гробы… И даже думать о таком рано. А ей тем более, — с нотками раздражения в голосе сказала женщина. И дочка с какой-то виноватой улыбкой закивала.

***

В храме в это время отпевали трехлетнего мальчика.

«Мне ещё рано», — навязчиво вертелось у меня в голове.

…Я видела, как чёрные от горя отец с дедом сами на руках несли по подворью крохотный гробик, обитый нежно-голубой тканью. Не доверили сотрудникам ритуальной службы. Как будто боялись, что их сынишке даже сейчас кто-то сделает больно.

Как какие-то люди под руки вели мать, которая была почти без сознания.

Я слышала, как голосила бабушка: «Как нам теперь жить?»

И видела, как тяжело батюшке — к смерти детей невозможно привыкнуть.

Потом церковные старушки, которые всё всегда знают, расскажут, что малыш выпал из открытого окна. Родители оставили его с бабушкой, а она на секунду отвернулась. Её крик в храме я не забуду никогда…

***

…Я помню 9-летнего Славика. Он алтарничал в храме в маленьком городке, куда мы ездили на лето. Веселый, приветливый мальчуган. Единственный и любимый сын в семье. Потом у него нашли опухоль мозга.

Он знал, что умирает и, конечно, не хотел. Он любил своих родителей, церковь, школу, друзей и мечтал, что, когда вырастет, поступит в семинарию. Но умирал он тихо, терпеливо, без истерик. И молился. «Я сам удивлялся, — рассказывал батюшка, — это был уход верующего человека».

Умирая, Славик больше всего хотел дождаться своего братика. Мама на тот момент была беременна. Чтобы увидеть, успеть поздороваться.

Не дождался. Но оставил ему свои рисунки — где он сам, ещё здоровый, и малыш — каким он его себе представлял.

***

Почему так решил Господь? Почему Славику и тому трехлетнему мальчику было «не рано»? Я не знаю.

…Не забуду, какой счастливой была моя знакомая Маша, когда забеременела первым ребёнком. Она нежно гладила живот и пела ему песенки. С улыбкой рассказывала, как муж, придя с работы, шептал ей в пупок: «Привет, малышка! Ну как ты там без меня? Мама не обижала?»

Роды прошли легко, без осложнений. Девочку даже дали подержать плачущему от радости папе, который тоже был там.

Через неделю кроха умрет в реанимации. Двусторонняя пневмония.

И папа так же, как и тот, первый, будет на руках нести в храм крошечный гробик. И его не сразу смогут забрать у него. Он будет прижимать его к себе и бормотать: «Отдайте мне мою дочь…»

***

А сколько молодых и здоровых, полных сил, уходят в самый неожиданный момент! Когда кажется, что впереди ещё целая жизнь и бесконечное море счастья…

Ирка, которую сбила машина, когда она бежала в садик за сыном. А дома их ждали гости — у мальчика был день рождения…

Настя, молодая мама с нашего прихода. Чудная, смешная, не от мира сего, но очень милая и добрая. У них с мужем была дочка, и они очень хотели второго ребёнка, но долго не получалось. Настя переживала и много говорила со мной об этом. А летом на отдыхе её убило молнией. После вскрытия выяснилось, что она была беременна…

***

Я бродила в тот день по подворью со своей коляской и вспоминала всех этих людей.

В храме все ещё отпевали мальчика. Двое мужчин вынесли на руках его маму и вызвали «Скорую». Женщина была без сознания.

Я хотела подойти к той женщине, которая хотела поставить свечку и боялась, что-то ей сказать. Но что? Что мы не знаем, когда придёт наш день? Что батюшка мне говорил: «Живи так, как будто каждый день — последний»? Что не бывает рано, а бывает поздно? А хочет ли она это слушать? И имею ли я право?

И я не подошла.

***

Прошёл, наверное, год. Я также гуляла у храма, и меня окликнула молодая девушка. Она меня узнала. Это была дочь той красивой женщины.

— Сейчас можно поставить свечку? — спросила она тихим голосом.

— Да, конечно… Как мама?

— Мама умерла. Месяц назад. Инсульт. Они с отцом только купили новую машину, мы вместе собирались в путешествие по Европе. И вот…

— Я… Я вам очень сочувствую, — промямлила я.

Девушка кивнула и пошла в сторону храма. А у меня в голове назойливой мухой завертелось: «Мне ещё рано обо всем этом думать…»


Елена Кучеренко
Администратор запретил публиковать записи гостям.
Работает на Kunena форум